писанинки :)

[GazeRo888]

#фанфик
Баланс в бесконечности
(лучшая версия ) "Субстанции)

После трагичного ужаса, нашумевшего в прессе, в связи с этим, скандала со Сью и Элизабет Спаркл, открывались подробности, что селебрити, после того, как последствия превращения стали ощутимы на полтела и лица, сначала пыталась скрывать это гримом, а после - инсценировала собственную пропажу без вести; ожившая её метаморфоза, как будто предчувствуя, что новогоднее шоу станет последней ночью её жизни, похваталась перед этим за съёмки "+18" (всех жанров) под веществами, после - опомнилась и... оставила записку о том, что "её долго болевшая мать скончалась в муках, у неё на руках, и она не смогла это пережить".
Фред не мог поверить в эту ленту новостей, что долго транслировали по всем каналам... И он положил года, все свои сбережения, активы, наследство и почти все имущество, чтобы... Найти секретных учёных, по микро-капле восстановивших биологический материал бывшей дивы, в которую он был тайно влюблен, и её версии.
"Ах, я знаю, моя Лиззи заслуживает второй жизни, и все, случившееся с ней - случайность" - умоляя, говорил он им. И готов был самого себя отдать на опыты исследователям (да анализы не те :), лишь бы те вернули её и исправили таинственное нечто по имени "Субстанция"; ясное дело, что сначала следовало активировать запуск женщины, а потом уже пытаться клонировать её молодой вариант. Но только теперь так, чтобы та не смогла больше причинить ей боль. 
Она проснулась однажды снова, теперь свежее, утонченнее и точно получила второе дыхание во всех хороших смыслах (может потому, что при операции по реинкарнации был тот, кому она была всю жизнь бесконечно дорога, об потешных круглых очках, щербинке в зубах, но такой искренний, стеснительно... все ж ретировавшийся, как только ему сказали, что версии сейчас очнутся). 
Открыв глаза, Спаркл увидела перед собой... Словно себя...
... - Меня зовут Элизабет - представилась юная девушка, больше похожая на Спаркл внешне. - Мама назвала меня в честь себя, чтобы у нас была взаимосвязь и продолжение друг друга.
Черноволосая миловидная женщина смотрела в это живое волшебное зеркало, почти ещё совсем ребёнка, и осталась более довольной, чем в прошлый раз - у той не было идеальных до тошноты форм, ну разве что хорошие пропорции, небольшая грудь и попка, не сильно пухлые губы и щёчки - она теперь вылитая в молодости, но без торчащих немного ушек, более ровными чертами и волосами погуще с приятной бледностью. - "Да, и моложе, и красивее" (но в меру).
Удовлетворённо кивнув в ответ, бывшая актриса оскара, выключилась снова временно в сон (теперь она может быть спокойна - Элизабет больше ногой не вступит на фитнес-шоу, она... Как и мечтала в детстве, занялась пошивом эксклюзивной одежды для кукол, малышей и питомцев, без необходимости работать на износ без вдохновения на потеху испорченному вкусу, подписав лейб "Милое для милых").
График был тот же, но 8 на 8, теперь она перед сменой могла три часа обменяться ощущениями и воспоминаниями со своей версией, пока шло начало обмена, и все последствия отражались в хорошую сторону на зрелой Лиз тоже. Скажем, Лиз-2 освоила новый рецепт для пирога, чтоб, услышав его по радио, собрать у себя дома и угостить им бывших коллег - первая улучшалась... в зрении; она нашла кучу своих неношенных платьев и отдала малоимущим девушкам в подарок - другая стала стройнее... - "Идеальнее!").
Они даже порой делали совместные фото, как мама и дочка, и доверили друг другу вести одинаковые дневнички, различающиеся стикерами
Но... Они помнили, что каждая - отдельное тело, нуждающееся в отдельном пространстве. Потому общую тёмную комнату разгребли поочерёдно, заполняя любимыми вещами из прошлого, но которые подходили б им обеим. Молодая - взяла любимые серёжки в виде сердечек, звездочек и набор розовых помадок-подводок. А "матрица" - любимое жёлтое пальто и пестрый шарф, красное платье и бархатные перчатки.
Элиза-1 договорилась с новыми соседями (зрелая семейная пара), чтобы глава семейства помог ей провести электричество и интернет для себя молодой, купила общий плюшевый халат для душа, нейтрального цвета; та, в свою очередь, позаботилась, чтобы в кровати, со стороны, где любила спать "родительница", появилась уютная плюшевая игрушка для обнимашек, по рекомендации жены соседа, и чтобы полки были заставлены любимыми книгами экс-артистки и фотографиями, статуэтками и письмами фанатов и контактными данными самых преданных из них (самая пухлая пачка, с рисунками, стихами и даже маленькими игрушками в подарок - от Фреда, бумажка с его номером все так же там была).  
Там же оборудовали уголок для комфортного приёма питания для своих физических оболочек и их обмена. В гостиной место телевизора заняло швейное оборудование, манекены разных комплекций и видов, журналы с подсказками разных форм выкроек, чтобы фантазии умилительных платьичек на собачек, комбинезончиков карапузиков и сногсшибательных платьев барби было на что опираться.
Заведя странички в соцсети для быстрого продвижения бизнеса... и просто досуга-общения-кругозора, на себя и для "неё", Элизабет, старалась не выставлять много фотографий с... Элизабет :) и собственных, словно что-то в прошлом отбило охоту к тщеславию и селфи. Блог состоял, как у всех - любимая музыка, мультики, группы с красиво наряженными животными, крохами и куклами (чтобы ориентироваться в интересах потребителя). Цены были символические, Спаркл, за свою карьеру накопила миллиарды, прибавил миллионов и её счёт на имя Сью (м... они знакомы?), который она переоформила на Элизабет-"младшую", сделав пока совладельцем её дела. На аватарках они не выбирали одинаковых поз и мимики, но обе носили одну моложавую короткую стрижку и схожий чокер на шею.
Подписчики росли, казалось, каждую секунду, и в двух лицах))) Элиз совсем не успевала с ними общаться, особенно старался некто с ником: "Парень Фредди", будто не пропускавший ни один статус "онлайн" ни первой, ни другой, лайкая и комментируя даже первых постов пдфки старомодных комиксов, подписываясь на все, на что подписана она. Элизабет не вытерпела и зашла на его страничку, кликнув фотографию, изображавшего красавца с чёрными чуть кудрявыми волосами, серьгой в ухе и татуировкой на шее (симпатичный, засмотревшись, можно и влюбиться). Он тоже любил песню "Voyage-Voyage" Desireless и кино "Объект любви", оба зачитывались "Спящим Человеком" и были подписаны на журнал "Кино-Психо" (ещё и поговорить о чем было б!). В нем мелькали знакомые Элизабет ещё со школы шейные платки как у денди и цепочки на кожанную куртку образа байкера-рокера (нечто в нем смущало и притягивало одновременно). Усугубляло это чувство и то, что в друзьях у него был... Фред, причём он подменял загадочного парня каждые восемь дней... на восемь дней и "скрывал" свою личность и обожание, как "новой" "Лиззи", так и "прежней" с такой непосредственной детской неумелостью, что вызывало... Их одинаковую улыбку, не надо быть Декартом, чтобы осознать...
-... "Парень Фредди", ты что, тоже на Субстанции?! - спросила Спаркл, набрав со смартфона телефон, что так и не поменялся у её одноклассника.
Так они встретились снова, вживую, спустя столько лет, два дня подряд, утром, в настоящих версиях, открывая для себя выставки виртуальной реальности и театры с андроидами, не отличимыми от людей, их морщины и седина были затонированы переблескиванием лазерных снеговиков и елок, неоновые пузатые гномики и санта-класусы плясали с витрин магазина колы; а вечером следующего дня, после смены на юные тела, парень Фред и девушка Элизабет гуляли под старыми фонарями на мостике у речки парка... их юности словно прошлых жизней, нежные ступеньки напоминали чистые листы их отношений и переплетенных судеб, луна подкидывала белоснежную монетку себя, гадая, повернётся ли морями или облачками к их глазам?
- Лиззи, знаешь, всегда, лишь все, что я желал - чтобы ты была счастлива -в конце свидания сознался собеседник, внимательно выслушал её отвлеченно-радостный щебет о шутках Греты Гарбо с экрана, за точную передачу которых её хвалили в актёрской школе.
- Я, наверное, не смогу больше ничего к тому прибавить... - шепнул молодой Фред, робко-невольно обнимая "самую красивую девушку на всем свете", утопая в её глазах. "...Кроме того, что я бесконечно люблю тебя" - хотел он сказать, но так и не смог, трепетно-смущённо смахивая снежинку с её губ своими (и они оба знали - вот он - их баланс в бесконечности).

[GazeRo888]

Роковая влюбленность
+18
Как часто хочется услышать, что это - заголовок лишь какой лирической баллады. Но часто это и... - заголовок криминальной сводки, небрежно выброшенной бездомным, едва укравшего новый выпуск газеты, в лужу ночного города (фотографий было не меньше восьми, черно-белые, плохо пропечатанные, как это всегда бывает у жёлтой прессы, эксплуатирующей печатный станок на износ (одно фото вообще повторялось...)
Но это было только первое впечатление, то, что казалось копией профиля одного юноши со светловатыми волосами, чуть узким разрезом глаз и тонкими высокими скулами, было изображением близнецов, погибших от одного убийцы.
Что примечательно, он горделиво-зловеще не стоял отдельным портретом кудрявого парня восточной внешности, а был между ними и... Темноволосой молодой девушкой с застенчиво-грустными глазами и улыбкой. Он тоже мертв, хотя прибрал к рукам ещё четверо человек, исполнив сполна, казалось, все свои тёмные желания и замыслы (блондинка, старушка, самодовольный седой усач и холенный упитанный джендельмен прилагали свои посмертные снимки). Бродяга... Долго не мог выкинуть из головы все это, хотя находился уже далеко от моста, у которого выкидывали пачку периодики для почтальонов в районе, где он обитал, провожая падающие белые капли ночного дождя в прохладные лужи тёмных ручьев подворотен. Как вышло, что фотокарточка маньяка не отделяется от лиц его жертв? Подумав... нищий без крова вернулся за последним выпуском газеты, пока её не похитил поднявшийся ветер...
...Порывы его импульсивно разметали пламя, подброшенной маленькой спички на весь автомобиль. Оливер, один из братьев, не отличимых внешне друг от друга,- детей  бывшей кинодивы, пробовал тщетно выбить стекло, чтобы выбраться из машины (Рамис подпер все ручки стальными прутьями, кроме одной, в приманку, до которой несчастному было не достать, с сожалением прикурив, от ещё одной спички, сигарету, задумчиво пошёл прочь, не решаясь смотреть в глаза сцене, где примчавшийся Ксавье будет бросаться за братом в огонь и, конечно, не выживет).
Он слишком много спал и видел, как они умрут, так долго, что... Сейчас не чувствовал ничего, кроме опустошенности и даже злости на себя за разочарование.
Где?! Где тот острый, до квинтэссенции всей жизни, укол эйфории осознания, что оба этих "смазливых мажора" сейчас в страшной агонии, сгорая заживо? Один из которых посмел познакомиться с его Шерил, второй и вовсе - отобрать её сердце, и, осознавая это, он так и рисовал себе, как огонь физический будет пожирать их так же ненасытно, как и любовный.
"Ты поплатишься!" - отшвырнул он куски последней записки им, повторив внутри себя эти же слова... Видит эта земля, промозглая от вечного смога неонового Лос-Анжелеса, Рамис... Не хотел доводить до такого шага! Кто, как не он, знал, что... В сути, чем виноват мужчина, если истоскуется по чувству влюблённости? Напав давно как-то на девушку по имени Шерил (краем глаза он увидел карточку студенческого с фото и именем из её сумки) так, по привычке полуночного шатания по пустырю, "отжать" мелочь да мобильный, кудрявый преступник невольно засмотрелся чуть дольше, чем обычно, на прохожую, выбранную для налёта и... С трудом отводя глаза от её хорошеньких бледных щечек и ресниц, извинился и сказал, что выпил и перепутал её с задолжавшим ему "шпаной" (она носила остриженные волосики под мальчика и имела маленькие формы в купе с привычкой носить спортивные бесформенные костюмы). И ведь не соврал - для храбрости он, вскормленный трущобами да дешевыми настойками соседей-бомжей, всегда принимал на грудь перед всякими актами одиночного бандитизма. И не то этот факт, не то... Моментально возникшая очарованность девушкой сыграла роль, но в качестве финала извинения он... С размаху обнял, рывком поцеловал её под крошечной сережкой и, пока она не опомнилась, скрылся, так и не притронувшись к хоть какой-нибудь материальной добыче.
Все бессонные ночи и одинокие дни он потом вспоминал это мгновение, как единственное, что давало счастье и силы дышать этим маргинальным воздухом безразличных властей и продажных полицейских, как что-то настоящее, ценное, что не отнимут никакие конкуренты и копы. Вот почему он был взбешен, увидев Шерил однажды с Оливером. Они просто общались среди общих знакомых.
.. - Вы отдаёте себе отчёт в действиях? - играл он в собственный допрос внутри себя, отчётливо ловя кожей улетающий пепел и едкий запах расплавленного металла в смешении с плотью. - Уважаемая семья, связи...
- О, их оханья легавым я не боюсь! - дерзко отвечал Рамис воображаемому детективу. - Они отняли у меня то единственное, необходимое мне самому, хотя, в отличие от меня, явно купались б и дальше в очереди других девушек, если б не посмели сделать это.
Он печально улыбнулся разбитому зеркалу в убежище.
- И потому лишили одинокую вдову сразу обоих сыновей? Из-за влюблённости в свою жертву?
- Да.
Кратко ответила... Тишина после выстрела в сердце. Рамис откинулся назад и, пока мир стремительно терял цвет, из последних сил быстренько перелистал перед глазами материалы дела, что никогда не завершат при его жизни- преследование, шантаж клеветой, ограбления (чтоб оплатить услуги любовницы местячкового мафиози и индивидуала-провокатора, предложенного ею по знакомству) не раз уговаривая уже Ксавье отстать от Шерил, с которой познакомил его брат (ну а девушке явно должен был (взаимно) приглянуться этот денди с модным начесом, серьгой в ухе и жеманными манерами, в отличие от скромного близнеца о простых рубашках). Он даже как-то подкараулил парня и, в последнее предупреждение, порезал ему руки с губами ("я первый её коснулся ими, - играючи, по-детски капризно, словно передавал позицию его нож. - Так что, приятель... Только я хочу продолжать это делать!").
Все помощники были им убиты с досады (да и только... Двое их было, в сути, ещё двое лиц лишь попали душегубу под руку) девушка все больше привязывалась к юноше, что бы юный хулиган ни творил, он даже хотел её сам за это избить, узнав, где она живёт и забравшись однажды к ней, чтоб только он мог её сначала выходить, а потом видеть рядом... Но не смог, сделал вид, что пьяный и вломился в случайный дом, наорав и... не тронув Шерил, отобрав первые попавшиеся под руку безделушки и сбежав).
Оливер же... Отдал их без сопротивления, он был слишком слабый, мягкий, робкий, (Рамис проверил это, исценировав разбой). Пылкий ночной разбойник осклабился - тихий соперник недостоин её. Как и его шебутной братец, безуспешно пытавшийся набрать того по телефону.
- Ты уже целовался с Шерил, да? - перемкнуло его в один миг окончательно, и он уже не различал близнецов, он путал их в одном, симпатичном для, самой ему симпатичной, девушки. - Ей это понравилось? А тебе? - едким шёпотом доброго приятеля он поднятием пистолета вынудил того опустить трубку (на проводе был обеспокоенный лепет Ксавьера, перед этим на нервах мчавшегося к Оливеру в ночь и чуть не врезавшегося в заброшенную машину). но брат не слушал, неотрывно глядя на расхаживающего перед ним типа с чёрными кудрями и в черном кожанном глухом облачении.
- Ты расскажи, все, в подробностях! Не  стесняйся! - с пинками выволок он юношу глухими путями к заброшенному зданию на окраине леса. - Её жарко было целовать? Признайся, горячо? - отчаянно закричал он, вталкивая его в брошенную кем-то машину и доставая спичку...
...Рядом с которой, третьей и догоревшей, капельками крови уходящие тени тех ночей словно рисовали на портретах разорванных между Рамисом, Шерил и целыми фото рядом братьев, ниточки сердечка, точно разорванного роковой влюблённостью...

[GazeRo888]

..На самом деле

...Конечно, с кем-кем, а уж со мной всякое бывало, о чем не могу сразу и полностью рассказать.
Жил себе в Асгарде-не тужил, на досуге читал справочники по соседям фейри. Как слышу приказ Одина разобраться с ними.
Нет проблем - заготавливаю корону-шлем, кинжал со льдом и огнём и заклинания на все случаи жизни и мистерии.
Как раздаётся мне в тишине:
- Но-но! - грозит пальцем со своим юным приятным лицом (а в кого ж я такой папин красавец :)?) но с дедовски-снежным, в самом неприятном смысле, нравом и голосом, Фарбаути, объявившийся из тумана.
И давай... Одноглазому отцу-вседержителю эды рассказывать про меня: и трус я, и льстец, и маг я так себе... мал я для битвы, короче.
Стою, пока позорит, с выражением учтивости, а сам думаю, "Сурт б тебя взял, папенька!".
Вороны Одина каркнули ему на одно ухо, на другое... И встал он, приказав молчать.
- Значит так, раз етуны такие, как ты говоришь, старина. - обратился он к Фарбаути. - Пусть докажет твой сын, какие они на самом деле. - повернулся ко мне
- Даю тебе срок малый, что перебить войско огров каменных немалое, а как покажется с пучины орда троллей, жажда их до крови всех сгубит в паутину, и не забудь о самомнении, оно порой дарит неплохое всех обозренье. - и швырнув мне... махонькую куколку, подмигнул, открыв портал в нужную локацию (поглядели б вы на отца этого самого вашего Локи :) в тот миг - он аж посинел от вредности, что всеобщий бог его переиграл))
Чуть меняю облик с огненных рыжих волос - на чёрный, и доспехи с меховых и со льдом - на обычные, черно-зеленые, вдруг с людьми придётся пересечься, обитатели мира фейри их часто навещают.
По дороге, разгадывал загадку Одина, что отдалённо казалась знакомой, будто из детства услышанная от мамы легенда, Лаувэйя ведь порой рассказывала мне в лесах истории про волшебные народы (и пойми, что из этого - "на самом деле ";)
Но помню только, что огры тупые, как... молот Тора, эльфы - самовлюбленностью не хуже Бальдо, ну а тролли злее волков Одина. Значит, надо обернуть эти качества против них, не ударив в грязь лицом перед вездесущим оком... Батюшки (бррр... Аж холод испепеляет от его невидимого взгляда по пятам)... Как же все небанально! Вращаю в руках куклу, в поисках письменных заклятий на ней или магического артефакта, спрятанного в платьичке...
Нет, ни етуна! Обычная игрушка с милыми глазками и белыми волосиками, маленькие косички на макушке которой образовывали как будто веночек-корону. Что же мне с ней делать? В роду никто из, вышеупомянутых, моих врагов сентиментальностью и умилением не отличался, разве что в поджег или передачу послания использовать... Мои прескверные тактические изыски прервались...
Как сами собой, словно неведомая сила, неподвластная даже мне, остановила напротив девочки с... Такими же косичками в белых локонах и похожем платьичке. Она смотрела на меня не боясь и угостила близлежащей ягодкой.
Вслед выбежала вторая, неотличимая от первой, и дёрнула ее:
- Рейнерис, не подходи к незнакомым дядям.
- Дейнерис, это не "дядя", он просто телом чуть подрос. - вдруг мудренно ответило сестре-близняшке незнакомое дивное создание, что как будто знало меня - да, я внутри - вечно чуть порой все тот же беспечный и ищущий сказку наяву пацаненок)
- Спасибо, маленькая - если б я себя со стороны сейчас услышал, я б умер от смущения, если б мог (мой голос стал робким и... нежным, я точно смотрел на кого-то, кто совсем скоро станет мне самым прекрасным и пленительным существом во всех мирах).
- А меня Локи зовут. Подумал... - я опустил глаза, заметив её краснеющие щёчки, когда она внимательно изучала взглядом мои брови и вставки на плечах на боевом костюме, и оттого подкралась мечта - быть б с ней навек, как чуть подрастёт. Язык заплетался и я едва себя слышал из-за биения сердца.
-...Подумал, что, если ты с сестричкой будешь играть вот с такой малышкой? - протянул ей куклу.
- Спасибо Вам, Локи, я буду её беречь.
- Если можно, говори мне "ты", я же вправду ещё не "дядя" - с застенчивой улыбкой притихло-мягко провожу ей пальцем по носику, как бы смахивая невидимый лепесток.
Она кивнула и улыбнулась. И за её улыбку ещё раз я променял б... сам трон Асгарда (по договорённости Фарбаути с Одином, в обмен на прекращение вековых войн).
И тут в Вестеросе, где мы находились, забили в сигнальный колокол, как ненормальные - к воротам приближались недруги. 
Паника, гомон на ближайших площадях, толпы бегающих туда-сюда и... Инстинктивно я схватил на ручки Рейнерис, взбежав на ближайшую бойницу, стремительно наколдовывая огненным точкам внизу (садилось солнце и мелькали факела) увеличить моему взору скрытое во тьме.
Ага, вижу - из моря повылезали отвратительные морские чудища с кривыми рожами и клыками, в лохмотьях из тины и волочившихся острых ушах. Тролли и подводные бывают, только не все об этом знают, и люди, видимо, тоже, спрашивая друг друга в бегстве, откуда напасть и как при ней не пропасть.
А у меня в уме складывалось тайные свои стихи - девочка на руках осторожно обняла за шею, и... Клянусь магией, я ожидал плача, капризов, но она спокойно-стратегически осматривала ситуацию со мной, а этим жестом как бы доверительно-чистосердечно пыталась прикрыть и успокоить (тролли жадно набрасывались на мясо с базара, местных харчевен и вламывались в дома за бараниной, свининой, курицей...)
Они были плотоядны, но смертным их бояться нечего. Они были жадны, но ленивы, потому готовы отбирать ещё неприготовленное мясо, с кровью, чтобы сожрать с костями, не откладывая.
И никто не мог утолить их аппетит. Как паутиной, разбегались противные создания во все концы города, зажимая в кокон колец своих окружений на улице всех тех, кто не успел запереться, яростно обчищая их на предмет мясного.
Мои пуляния льдом и огнём по ним из кинжалов чародея возымели мало эффекта - наглые твари лишь корчили рожи, дурашливо пританцовывали, посылая меня куда подальше всех вселенных.
Волшебный сковывающий туман паутинкой их не брал, боевые пауки етунов тоже - с пинками и улюлюканиями недругов, с позором те бежали, залечивать оскорбленное самолюбие, домой.
- Какую ж тогда "паутину" имел в виду Один?! - в сердцах воскликнул я, умудряясь одной рукой удерживать Рейнерис, другой - фехтовать в воздухе ордой мясницких ножей, чтоб хоть порезами отомстить этим мясолюбным уродам.
- Может, феечек? - предложила она, указывая мне на... Едва заметные проступающие лунные паутинки, переплетающиеся со звездами.
- Ты тоже их видишь, Рейнерис? - изумился я, закрывая собой от пролетевшего в неё сгустка водорослей (вот паразиты, а!).
Девочка кивнула и... На, понятном нам одним, языке, подманила пару крошечных летающих девчушек, что, смеясь, плели кружева паутины из призрачных листиков.
Договорившись с моей маленькой спутницей, рой их, замаскированных мной для людского глаза, под бабочек, пролетел вниз к троллям и...
Они вмиг, как усмирились, построившись в цепочку и, под перелив мелодии капелек росы на паутинке фей, пошли назад в море, побросав мясо и хулиганства.
Как только последнее существо скрылось в пучине, главная фейри подлетела к Рейнерис, даря на память медальон в виде... полупрозрачной кристальной розы (они давно хотели заступиться за род людской, но те их забыли вне легенд, и никто их не звал, до сегодняшнего момента).
Над успокоившимся морем поднималась заря, Вестерос выдыхал спокойно было, выходя за двери и окна и с оханьем судорожно собирая мясные пожитки с улиц.
Крошка о белых волосиках и чуть пухлых губках... не торопилась уходить домой, двое родителей и другая дочь с сыном (парень почти моего "земного") возраста, косились в дверях на меня, как на ещё одного тролля.
- Живо ДОМОЙ! Уведи, Рейнира! - наскакивал отец семейства, Деймон Таргариен (как гласили, явно именные, подписи на латах! (в Асгарде некоторые тщеславные божки тоже такие делали себе))
- Вы кто? И как смели касаться принцессы!?
Мы было с девочкой одновременно открыли рот (Локи... - Это знак!) Но тут...
Новое злоключенье приключилось: бум-бум, прямо в несущую стену крепости, кто-то пер упертым тараном гула мощных головищ и лапищ... И, кажется, я догадываюсь, кто...
- Да что ж за день такой?! - вспылил Деймон, схватив сына за руку и надевая шлем. - Рейгар, по драконам!..
Взмахнув на всех и напоследок))) плащом, он ушёл. Его жена и Дейнерис опять прижались к внутренней комнате замка, а храбрая вторая близняшка Таргариен осталась со мной, старательно приподымаясь и обхватив руками мне локоны (не знаю почему, но именно от неё это так приятно!).
- Локи, ты прав, это огры ломятся, мне феи рассказали, чтоб мы их ждали.
Глянул вниз - каменные идиоты все долбились бошками о другой камень и жутко ревели мычащим бормотанием, они были также неопасны, сейчас просто период их гона, вот и лезут на все каменное, принимая за самок, безобразие просто!
Стражники цитадели скидывали им на голову колонны и статуи, валуны и... Удивлялись, почему те радуются и лезут ещё больше, психологию чудищ знать надо! А ещё меня боятся, эх! А я б их многому научил, зря!
 Рейнерис, похоже, тоже так думала, помогая мне направлять огонечки в помощь... Парящим безуспешно в небе красочным, летающим змееобразным созданиям, выдающим из пасти пламя, лед и лезвия (вот бы мне похожего на них сына, вдруг взбрело мне в голову).
Огры, тем не менее, предпочитали рассыпаться, ковыляя, но не видя ничего, кроме "подруг", бежать, сломя пустую голову, за порцией "их", чем кинуть в ответ хоть "одну" из них - больше их тупорылости была только их сила и размеры.
- Повезёт принцу, что получит в невесты такую волшебную красавицу! - в сердцах сказал я и... прикусил язык, испугавшись своей смелости, помогая ей своими руками поднять магическими пассами особенно упитанный фаерболл, чтобы вмазать им по особенно крупному каменному тугодуму. 
Ничего не мог с собой поделать, не то её магия, не то моя, не то и... Все наши совместные усилия при атаках фантастических тварей тоже, все усиливало наше мистическое родство и притяжение к ней внутри меня (пусть Один отдаст единственный глаз, но... Подтвердит, что она становилась чуть подросшей с каждым мигом, а я - чуть моложе!).
Тут... Откуда ни возьмись, небо исполосовало радужное сияние, люди заорали - раздались истерически грохотавшие молнии - названый братик соизволил продрать глаза после попойки и ломануться на подмогу в Мидгард с молотом наперевес.
Огры ошалело затрясли основание Вестероса, устроив землетрясение (видно, не впечатлили их гром и молния).
- Локи, Фарбаути передаёт, чтоб ты не жульничал! - а он... замахал мне своим символичным предметом с блаженной улыбкой... Того самого ожившего каменяки, что тащил вожделенную неживую каменюку для попытки уединения.
"Ты был б отличным вожаком им, Тор!" - вздыхаю я и заклинанием пробую создать копии его громового оружия, бумерангом пролетающего мимо исполинов, чтобы почаще прилетало им в непробиваемый лобешник. А ограм - все нипочем!
Как кстати он мне напомнил про отца-то, я уже вижу его ехидную улыбочку торжества на мои неудачи со смыслом: "Ну все сынок, молись!.."
Взбешенный, я направил с размаха молот Тора в него самого. Рейнерис, украдкой, поддерживающе, но по-детски-невинно чуть улыбнувшись этому акту, в это время щипнула одного из противников за пятку огоньком, и тот сделал громовержцу подножку.
- Да ты совсем, что ли!? Ётун подлизный! - надсаживаясь, жеманно хмурил бороду и хорохорился Тор, размахивая налево и направо молотом, не забывая им раздавать тумаки, а молнией - синяки вражескому войску, расползавшемуся как на дрожжах!
"Думай, думай, ты же бог изворотливости!" - напряжённо говорил я сам себе, следя одним краем глаза, чтобы огры не трогали Рейнерис и её семью, а другим - чтоб не придавили моего приемного братишку...
И не найдя ничего умнее, в одну секунду...
Кинул маленький, никак не обработанный, ни для ратных дел, ни для красоты, ни для строительства, первозданный, как огры, камушек, в их ряды.
Они, как по команде, отвлеклись от долбления стен и всего, что под руку попалось каменного, бросились колотить друг друга, очевидно, приняв камушек как какого-то своего крошечного собрата-предателя! Девочка тоже стала бросать мелкую гальку в них.
И точно - колоссы занялись яростным выяснением отношений, рассыпаясь о мощные удары друг друга, но, как всегда, не думая ни... полкамнем
Тор тоже молотом стал катапультировать камни в каменных созданий и... Спустя лишь нескольких минут жаркая бойня замерла грудой расколотых скал и обратно превратившихся в них, некогда страшных, огров!..
И в третий раз родина рода Таргариен хотела выдохнуть спокойно, опуская драконов на землю и... Со всех сторон с благодарностью рассматривая асгардского повелителя молний, особенно - его молот.
Я абсолютно не ревновал к вниманию публики, мне было хорошо-...горячо в душе... Глядя на сестричек, со смехом вышедших на встречу друг другу и строивших из камней фигурки дракончиков и человечков.
Ведь перед этим одна из них, как только я опустил её на землю, повесила на меня свой медальон и смущённо поцеловала в щёчку, попросившись прошептать на ушко.
Я наклонился и услышал: "Не переживай, Локи, я с феями дружу и это... Как и наше знакомство - уже подарок, спасибо". Речи Рейнерис становились все взрослее, тело - все женственней и... Сама собой тянется рука ещё раз погладить полупрозрачную розочку за пазухой, невидимо этим коснуться её руки...
Ой-ей! Кажется, если я посмотрю на неё ещё раз, сойду с ума вконец, надо срочно отвлечься - момент подходящий - мама близняшек увела их отдохнуть переодеться "от пыли сражения".
А до меня что-то не мог докричать Тор.
- Эй! Брат, волки Одина воют! Слышишь? Да тебя самого околдовали в камень, что ли? - со смехом он удивился моему, все более юному, облику.
- Я говорю, парламентеры пожаловали!
Наколдовал себе корону-шлем, которую было убрал, раз переговоры, надо выглядеть внушительно. Выйдя вместе с ним и с... Деймоном и Рейгаром навстречу гостям, увидел...
Толпу эльфов, с пиками наголо что-то там судачивших про "это вы нам, жалкие людишки, завидуете, нашему великолепию, так не достойны вы нашей дружбы за это, и вообще - сейчас мы вас быстро поработим - и все, на веки вечные".  
Впереди, щеголявший, как попугай экзотических уголков Мидгарда (ну конечно, я бывал там и раньше, в разных краях), мелькал... Шарф принца их племени. Сверкающий, переливающийся, отделанный алмазами и жемчугами, надушенный... Осознавать противно, как он, должно быть, им любовался, своим образом в нем, как холил и не снимал денно и нощно...
"Вот и последняя задачка твоя, отец-вседержитель!" - осклабился я и начал читать текст древних рун для особой иллюзии. Вот Фарбаути опешит!
И не только он - эльфы... Хором охнули, увидев, как их щегол-предводитель... Вдруг стал не один, а который второй - скрывал с себя обворожительный шарф и топтал в грязь, рвал и мял безбожно.
- Ты что творишь, чернокнижник рогатый!? - побелел задрожавший "оригинал", сцепив руки на самом святом - этой самой своей нашейной тряпке.
- О, Ваша Обворожительность, не трудитесь в угрозах мне и Мидгарду! - ответил я с ласковой улыбкой,.. Пригвоздив льдом его сокровище у его двойника и метнув в середину стол драгоценной ткани свой сжигающий кинжал.
- А не то мой молот быстро сделает с вами то, что кинжал Локи - с шарфом вашего королька! - заключил брат, угрожающе поднимая его перед лицом принца эльфов.
Деймон с сыном кивнули с намёком в сторону, рвавшихся в бой, что рыком, что крыльями, что лапами, драконов.
- Что угодно, только не тронь! - как девчонка, пискляво замахал ручками Его Обворожительность - Только не мой шарф!
- Мы все сказали! - лаконично рявкнул старший Таргариен, с признательностью тихо пожимая одной рукой ладонь Тора, другой - мою.
Незадачливые вояки с их... шарфоносным властелином, тотчас испепелились, будто и духу их не было!
Деймон пригласил нас в гости, призвал народ Вестероса "не боятся отныне созданий Асгарда, ведь они помгли их земле".
Ну и, как сказали б в эдах, пошёл потом пир на весь мир) я наколдовал снова облик попроще и... Предпочёл пройтись погулять одному (мой брат заменит в застолье восьмерых)
Смеркалось, снова... Балкон парадного окна замка колыхал тонкий занавес, за ним - стояла прекрасная девичья фигура с белыми волосами, глядевшая на море и утопающая в розовом тумане заката. Я перестал дышать, когда она обернулась на мои шаги.
То была Рейнерис. Теперь восхитительная девушка, с теми же косичками-короной и чистыми глазами... В руках у неё была подаренная мною кукла...
А я стоял теперь одного возраста с ней внешне и... Не верил, что смогу теперь прикоснуться к ней снова, если она примет то, что...
Окончательно в этот миг воспылало в моем сердце к ней одной навек, то, что так светло и тихо укрывали на моей груди лепестки ее кулона для меня...
Что все это -... На самом деле.

[GazeRo888]

фанфик
+18
Misty Day
(Американская история ужасов)
1
Одним туманным днем, в глубокую вечернюю пору Хэллоуина, в гостях у миллионера Майкла Лэнгдона, пока проводилась вечеринка из богачей,.. колдунов и ведьм (старавшихся себя не выдавать, он был учеником закрытого мужского магического общества, как и его гости, иногда, в, памятные для мира чародейства и мистики, ночи, они пересекались с женским шабашем, по обмену и общению) шла...
Тайная консультация, за хорошую плату он создавал на бумаге эскизы храма-дворца в подлинном Древне-Египетском стиле (а не что там иногда фантазировали сериалы от Нетфликс :) Он долго в учтивой форме пререкался с клиенткой-миллиардершей, в сути ведь так мало отличался магический род от людского (и представители элиты их не минуют случая щеголять мирскими благами друг перед другом). Старушка в мехах никак не могла решить, кто же будет стоять - Анубис или Баст, ведь и кошек, и собак она любила одинаково.
Хозяин... Довольно скромного на вид особняка с примесью готики в стиле, молодой человек, в простом любимом костюме, со светло-рыжими чуть кудрявыми волосами, приятным лицом дивного разреза глаз и удивительно тёмных бровей не в тон волосам (от рождения) тем не менее, слишком уважал истоки жутких обрядов и сильнейших заклятий, чтобы сводить все к "ну кошечка или собачка" будут у алтарей и не много ли "змеек" в интерьере можно. Он терпеливо объяснял, что "это не игрушки", как она...
Фыркнула, что найдёт более сговорчивого дизайнера, а ему видимо, лишние деньги не нужны, и хлопнула дверью. Майкл раздосадован: все продажи человечеству))) шли на поддержание стен школы волшебства, ведь колдовать богатства запрещалось, этим они расскрывали себя перед простым обществом, наивно полагавшим себя самым могущественным как раз благодаря всеоплачивающим карточкам да бумажкам. Кураторы специально взращивали (желательно) не только талантливых, но и богатых по корням магов, чтобы вот так безвредно контактировать с земным миром, воспитанники платили чудесами, нарушение скрытности которых каралось самыми ужасными последствиями, как ими, так и людьми (много было завистливых, боязливых, просто суеверных, по той же причине таланты часто вырастали брошенными детьми, не горели желанием создавать отношений потом с "маглами"). Но вот только часто забывали, что пороки бывали одинаковы во всех вселенных.
Вот и владелец мини-замка с отвращением наблюдал, как сокурсники, совсем забыв заветы преподавателей, заигрывали с богачками, не то ради выпивки, не то ради их общества.
Прорезался дождь с молнией, и несколько минут Лэнгдон задумчиво смотрел в ночную темноту на их каскады. В окне отражались свечи и тыквы, все создавало потусторонней весомости текущим минутам. Их предкам сейчас в полуночный час полагалось приоткрывать тайны призраков и самых древних чародейственных зеркал, варить особые зелья из распускавшихся только сейчас растений, слышать скрежет, казалось б, умолкших навек, теней о самом важном для них.
А они тут с людьми развлекаются, как будто это была банальная студенческая попойка, а не сбор средств их школе под прикрытием! Уха Майкла доносился пьяный хохот в вперемешку с грязными шуточками. Нет, теперь он жалел о решении в этот Канун дня всех святых вызваться провести сходку, ему претило выяснение отношений с кучкой типов, потерявших свое достоинство избранного общества, он хотел удалиться наверх, как... Его лёгких кудрей коснулась бабочка, беленькая, лёгкая, летняя, хотя что ей делать в холодную осеннюю пору? В изумлении он последовал за ней, и увидел россыпь её сородичей, круживших..
Возле миловидной девушки с тоже светло-рыжими кудрями и тёмными бровями, в светлом платье с мелкими цветочками и полупрозрачной шалью, что кружилась с нею и бабочками под музыку у себя в голове ;) (движения мало подходили, во всяком случае, тем рокерским частушкам, что он включил в угоду вкусам товарищей).
Юноша осторожно приблизился ближе, но на расстоянии, смотрел, как незнакомка брала в руки потрескавшиеся от ранних заморозков невылупившиеся куколки, черных от гнили, ласково гладила ручками (он никогда не видел таких, словно, испускающих солнце, тонких и воздушных пальцев). Прижимая к сердцу и что-то шепча им, миг - и мумия бабочки распускалась трепетавшими крылышками, и оживший вновь живой цветочек уносился к лунном свету (ослепительный белоснежный свет струится сквозь непогоду).
Она - ведьма! Добрая колдунья, обладающая таким редким и прекрасным даром и... От этих мыслей Майкл забыл себя спросить, сколько он вот так стоял смущённо, как школьник, задавая себе один вопрос - может ли быть прекрасней того лишь... Её очаровательные глаза и губы с округлыми щечками и высоким лобиком?
"Мисти Дей, эй! Вон там кто-то на тебя глядит, как заколдованный!" - со смешком чуть перешептывались подружки со знакомого ковена, членом которого та была: чародейки-вуду забавлялись тем, что обмазывали конфетами чучела, отчего у парней появлялись на лице следы шоколада, другие упражнялись в левитации свечей в камин, третьи - гадали с доской Уинджи. А некоторые глазели на него и на... Снежинки, закружившие вперемешку с сиянием звезд, заполонившим комнату (молодой человек не знал ещё, как выразить восхищение Мисти).
Она ловила их руками, спрятанными в шаль и тоже стала искать след того, кто их породил и... спешил скрыться. Стеснительно-игривым прячущимися движениями она перебегала от колонны к колонне, как если б малыш на прогулке гонялся за снегом, не стесняясь никого и ничего. Улетающая ленточка густого полупризрачного налёта распахнула двери, смешавшись с бабочками и снежинками (за полночь, туман все ж пробрался в тот день и дом). В полумарке было лицо хозяина,так и не решившегося подойти к ней. Он был как в тумане, даже когда тот исчез...
И дни после того собрания колдунов и ведьм не покидали больше для Майкла его ореола: внешне он оставался невозмутимым лидером среди колдунов, приближающийся к званию Верховного, учтив с младшими учениками, скрытен с равными, льстив немного к старшим, все так же держался одиночкой, скрывая изо всех сил... Даже от самого себя, что из его сердца не выходят бабочки той девушки с шалью.
Мисти тоже помнила его снег и часто незримо ловила его разными шарфами и нагрудными платками (ведьмочка любила стиль хиппи), слушая инди-эмбиент на стареньком плеере на болоте, у которого поджидала... Бессовестных браконьеров да охотников (в мире синтетики и торжества науки у них хватало бессердечности отлавливать крокодилов, пушных зверей, лосей на мясо, шкуру и... Просто тщеславие одной порой хвастливой фото трофея одного дня, не задумываясь, что это не "тупая скотина", а по-своему чувствующая и понимающая живая ниточка клубка мира, что ими так обижен!). Дей старалась быть заступницей убитых животных, давая им шанс...
Мания его неотрывно ссаднила, закравшись в рассудок Лэнгдона, что, если б он был с ней знаком, он б защищал её в её благородной и непростой миссии, с радостью б сделал тоже Главной, лишь бы просто были рядом её прекрасные глаза и руки. Но как знать, вдруг он не в её вкусе или она робеет перед слухами о его чернокнижной природе магии? (чушь какая!). Да, его приёмная мать была поклонницей тёмных сил, но он не слушал её, потому и сбежал из дома, подслушав её говор с зашедшей как-то кучкой незнакомцев в балахонах о том, что она "обязательно вырастит им Повелителя Апокалипсиса". Майкл не то, чтобы был ангелом и обожал идею мира во всем мире, и готов был положить всю магию на это.
Его интеграция, однако, в людской мир, в повелениях его души была честнее и филантропней многих иных - окончив обучение абракадабре) он хотел... Работать обычным фокусником, навещая брошенных детей и больных, стариков и отдавая заработок бездомным, в признательность не забывая иногда собирать дань денежную и социальную обучившим его и их представителям.
Та же, с которой он все чаще в своём воображении разговаривал обо всем, гулял туманным вечерами и упражнялся в магии, как б представляя, что они делают это вдвоём, не могла стать ветеринаром или нянечкой в приюте, как слишком явным бы стало её мастерство.
Ну а в общежитии чародеек оно не считалось чем-то необычным, пока в нем не было необходимости, и её это ничуть не оскорбляло - эта тихая девчушка жила в своём мире, что открывался ей одной, друидских духов, перешептывающихся с ней в листиках простых растений, и невиданных волшебных оленей, чьи рога из луны раскидывались в стороны огромными крыльями, усыпанными мерцающими капельками, дающих ей себя погладить...
Прошло чуть времени и... Юный колдун видел это все ярче во сне, пробираясь тайком по следу Мисти. Он был не скован рамками реальности и прекрасно, с ужасающим и, одновременно, экстазно увлекающим осознанием, что прямо сейчас он может подойти к ней и... С трепетом открыть из кисеи шали её руки и, поглаживая их своими, он стал б искать потаенные уголочки её щечек, целуя их жаждой поцелуя её близких губ. Он проклинал в себе этот порыв, но увлекался им, нашептывающим, что вот возьмёт и сделает так, что их глаза будут полузакрыты, а сердца застучат жарко и часто, трогая своими волосами её, рассматривая близко-близко её черты и изгибы светлого платья. Он сделал шаг и... Отступил, задумавшись, что у такой красавицы наверняка очередь поклонников, а привораживать из прихоти бессовестно. Майкл открыл глаза - он один, но почти видел мираж Дей, она изумленно смотрела на него и... Они оба не знали, что им делать с наступившим для них откровением друг о дружке. Стукнула полночь, как тогда, и хлынуло призрачным холодом в воздухе. Примешивался едва уловимый след черной тени... То пепел?..
Нет!!! Лэнгдон не хотел в минуту догадки о его природе знать, что все это было (были слухи, что Мисти преследуют по пятам оккультисты, объявившие бойкот природе и её защитникам, а его самого хотят жить со света старожилы чародейской верхушки). Она ведьма, он колдун - и это во все подлило масла огонем (в буквальном смысле, он замирал от видения, как девушка кричит на костре столба, самоотвержено до последней минуты отпуская во вторую жизнь пойманных в капкан лисиц и снежных барсов, пока её окружали и грубо перебрасывали, норовя порвать дивный наряд и шаль, ударить или ещё чего, перед самосудной отвратительной казнью, кучка выпивших мужиков с охотничьими прикладами).
Майкл побежал было на помощь (она ещё была жива, извиваясь в языках пламени, он чувствовал) но особняк окружили "доброжелатели"-завистники уже по его душу.
"Ах, будьте вы все прокляты!" - не скрываясь, изо всех сил он закричал, выпустив столь отчаянный залп заколдованных разноцветных осколков, что повыбивало все двери и окна, сметенные ураганом магии преследователи покрылись кровавыми пятнами моментально, как из ведра. А он, с трудом вырвавшись из их кольца, обессилевший, но со всех ног, брел, не разбирая колючих веток и холодных скольких камней, на след пепла, что предательски моментально сжирал мгновения...
Когда он нашёл её, привязанная девушка перестала кричать и безжизненно свисала со столба, её было не узнать. Лишь ошметки прекрасных светло-рыжих волос и белой шали, как печально срезанные крылья бабочек, что так оттеняли её хрупкую нежность, когда он впервые увидел её... Майкл упал на колени, освобождая её от пут и судорожно пробуя исцеляющие заклинания (как жаль, что именно они не были его сильной стороной, он больше - по разным вихрям). Мисти, увы, окончательно была без дыхания.
Ему было плевать, видел его кто, радуется ли кто его слезам и воплям от боли её потери. Секунда ярости исполнила пророчество приёмной матери - в фантазиях он с наслаждением стирал с лица Земли лицемерных магов, глупых людишек, за смерть этой юной и чистой светлой ведьмочки, что одна питала в нем самые прекрасные чувства, повинной лишь в своей преданной любви к живому, он... Ненавидел их всех, как никогда в жизни и готов был сжечь душу в хаос, лишь б отомстить за неё. Отдышавшись, он остро захотел повернуть все в спять и вернуть Мисти к жизни, о, был б способ...
Юноша, как оглушенный бродил взад-вперёд возле тела девушки, вспоминая то её танец с бабочками и их невидимые отношения во сне и наяву, то... Бабку-клиентку об её хотелках убранства жилища с Анубисом и Баст. Вот оно! К гильдии волшебства доверие у него уничтожено теперь, вмиг и навек, пора прибегнуть к классике праотцов. Безумно оглядываясь, он бережно укрыл Дей остатками её наряда и телепортировал её и себя заклинанием к себе домой в ванные покои.
Неприятели были мертвы от его волны чар, а те, что дали деру, вернутся...
Скоро или нет - не имеет значения, он хотя б будет пытаться, а не просто предаваться воспоминаниям о "них", что так мало имели смысла, как казалось теперь - слишком сильно она очаровала его в ту ночь, слишком сильна его тоска по прикосновению к её бабочке, к ней, к... туману.
"Помяни тебя - и вот ты - здесь!" - горько-притихло отметил шёпотом Майкл, расчертив, сквозь его белые рисунки, на полу нужные иероглифы, надев амулет Хранителя душ из пирамид потустороннего мира, наполнив купель отваром с лепестками цвета кошачьей розы, по легенде, каждым лепестком была лапкой помощницы мурлыкающей богини любви. Он погрузил останки Мисти с её вещами туда и зажег магией ритуальные свечи в виде кобр, горячо принявшись колдовать.
Это был самый страшный, но самый продуктивный ритуал: в режущих видениях демонов с птичьими головами (сокола и ибиса) и телами мужчин, держивших его за цепи, раскаленные пламенем и льдом, боги Египта явились к нему и предупредили: что "в обмен на самое ценное снаружи он утеряет самое ценное внутри", он точно готов на это? Параллельно витал туман и рассудок мага пронзали совсем-совсем словно живые черты Дей, девушка вот-вот окликнет его взглядом, как тогда, в Хэллоуин, а он...
Не сомневался ни на миг, за одно это, за надежду, что это окрепнет в осязаемое снова, пусть на короткое время, поэтические строчки людей: "душу вложу" для него будут в прямом значении, он не боялся этого, как, вероятно, не боялась она, завидев мучителей, видя не их, а бедных зверушек, убитых ими.
Вот так и Майкл, с готовностью раздевшись до пояса и подставляясь, под завывания заклинаний чудовищ загробного мира, порезам кинжала со своеобразным крестом... Приятного создания с черной волчьей головой в короне фараона с одной стороны и - плети богини с кошачьей головой в ожерелье принцессы - с другой, видел не бездну вечности, а...
Оживающие прекрасные глаза, руки, волосы девушки, его кровь утекала в купель, превращаясь в черных кобр, что сплетали вновь её тело, делая его ещё более утонченным, чистым и... Просто непреодолимо притягательным. Черные бабочки с узором снежинок целомудренно прикрывали Мисти, что в процессе воскрешения теряла одежду, оставляя из себя только полупрозрачную тёмные шали с узорами.
Она задышала, но глаза были закрыты, юноша истекал кровью и... Не мог остановить акт заклинания, он видел огненный туман, что охватил его до самого торса, мумий, одна за другой уносивших из него сосуды с... Не с внутренностями, тело его было, не считая ударов кинжала Анубиса и хлыста Баст, невредимым, но с чем-то таким, от чего он слабел и терял ясность восприятия, само его желание даже. Или ему все это лишь снится?
И перед ним не было ничего, кроме манящей до истомы полуобнаженной девушки, плавающей от него на расстоянии вытянутой руки (приоткрыты были немного и восхитительная её шея с плечами, и талия с животиком, и спинка с грудью, её тело в шали начало потягиваться, и из её уст вырвался тихий вздох).
"Разбуди её" - сказали расстворяющиеся боги и создания иного мира Древнего Египта, оставляя после себя... Тишину и занимающийся рассвет. Майкл с жаром впился в шею Мисти, поводя руками по её телу как в лихорадке, застонав и непомня себя окончательно. Она трепетала в его руках, ища своими шаль (прикрыться), с закрытыми глазами чувствуя его горячее дыхание. Его проникновенное касание её кожи было оглушающим, как огнем и... Она очнулась, вскрикнув. В комнату вдруг ударила непроглядная полутьма. Лэнгдон вскочил, как ошпаренный... Сам не понимая почему, он смотрел на неё, и не знал, как больше не может хотеть ни прикоснуться к ней, ни окликнуть, после того, как она ожила. Он убежал снова, как тогда... Но с ужасом обнаружил, что почти не помнил больше, кто та прекрасная девушка, что была с ним наедине всего миг назад, её имя... Какое у неё имя? Краем ушедшей памяти пришёл туман, день... Молодой маг брел, сам не зная куда, торопливо закрывая черной рубашкой множественные порезы в форме креста какого-то египетского божества в районе сердца и словно набитые кнутом неведомые иероглифы на горле и на обеих висках, с одной стороны выше, с другой - ниже глаз. Он видел вылетающих бабочек Мисти и не чувствовал ничего, здоровался с магами, словно не помнил, как они отняли у него его страсть, кивал на людей и видел не их, а нечто вроде камней - ну, есть - и есть, нету - и нету.
В вечернем одиночестве, где-то вглубине несчастного просилось мановение трепета, пусть и с болью, пусть и с сожалением, воспоминания, но оно было таким лёгким и далеким, что Майкл смотрел как бы сквозь него. Он так и не понял, что ритуал сработал, жить, полностью это осознав, ему было б не выносимо.
Дей вернулась в шабаш, ей надо было многому учиться заново (её дар оживления, по необьяснимым ей причинам, скатился вдруг до слабенького навыка заживления ран). Она смутно помнила приятного юношу со светло-рыжими кудрями, как у неё, отчего-то (они знакомы?)...
И когда к ней в ладошку, по привычке, полускрытую шалью, села белая бабочка, она точно оглянулась в тот туманный Хэллоуин...

[GazeRo888]

Let your love shine
+18!
(С Признательностью_ Anna Wolf)

Только-только... садилось солнце и наступала ночь в Асгарде, как и одна из тех, что сопровождали меня и Рейнерис веками. Боги, валькирии и слуги разошлись, кто куда, одни...
Внучка Нотт и дочка Хель вступали на "работу": следить за луной, чтоб с нею не заигрался чёрный внучок-волчок Хати, за звездами и за потусторонне-загробным миром, но не в полную силу, обсуждая, при возможности, подарённых кукол и платьички (моей магии хватало едва ль не на Одина :), а заклинание роста - одно из самых медлительных (я чуть создавал человека, я знаю), так что первая визуально ещё была девочкой лет 8, вторая - младше.
Малыши - Нарви и Вали - спали в люльках после наших игр в ладушки, внизу - сопел, от прочитанной ему сказки, свернувшись калачиком на пуховой подушке, волчонок Фенрир, что был на вид с взрослую маленькую очень упитанную и крупноватую собачку Шею брата обвивал кроха Ёрмунганд, в дреме вспоминая снежинки после нашей прогулки в лес к елкам, что был размером с выросшую земную змейку с драконьими чертами.
Отлеживался рядом и сын Фенрира - беленький волк Сколь. С другой стороны кроваток близнецов, во сне считая фигурки санта клаусов, всхрапывал огненно-алый переливающийся, с туманно-черной гривой и хвостом, Слейпнир, положив мордочку на высокие ножки, достигший почти пропорций жеребенка-подростка - словом, детки спят, после забав и праздника...
Ведь опять шёл снег и всюду в залах висели рождественские носочки, что мы подсмотрели в Мидгарде, через волшебный круг в наших покоях близ Радужного моста, по главным тропам дворца расхаживал, кажется, один Тор, не то все ища выпивку, не то готовясь опять применить, если что, к месту и не очень, свой молот и уж в который раз слушать и считать его тяжёлые шаги я не намерен, сейчас почувствовав, как... Моё томление по любимой достигло пика за всю нашу историю, я, как никогда, сходил с ума от одних воспоминаний о ней и воображения, как... С меня хватит!
Чуть дрожа, осторожно стучусь в её комнату, приоткрыв.
- Луна моей души, спишь?
Она легко вскочила, с чуть помятой, но такой красивой причёской дома Таргариен - полукругов косичек на распущенных белых волосах, в лёгком платье под тунику с завязочками крест-на-крест на груди, и рукавами-обручами, оно особенно нравилось мне. Я смотрел на неё и... понял, что больше не могу не решиться...
- Локи, что-то с каким-то нашим ребёнком? - приподнялась, глядя мне в глаза, моя, маленькая ростом, мечта наяву. - Что с тобой? Ты так странно смотришь...
- Я бы хотел... Подарить тебе ночь по-мидгардски. - ох, и это ляпнул тот, кто написал толмуты эд! Но иных слов не находилось, опускаю глаза, делая к ней шаг и магией закрывая плотно дверь, так, чтобы нас не было слышно, видно, даже асам и... Чтобы она не смогла убежать)))
Рейнерис приоткрыла ротик и... Смущённо-с осторожным любопытством сделала странный кивок головой (она хотела, но... Стеснялась). Значит, возможно, я прав и, Слава Одину, этот Бальдо успел ограничиться лишь иллюзиями тогда... Впрочем, даже если - нет, сейчас она забудет не только бывшего, но и как её зовут!.. (я больше не в силах сдержать свой огонь, хоть это и иронично).
Притихло-с истомой тихонько пробую поцелуй, незаметно развязывая ей платье. Под ним оказалась полупрозрачная накидка, вроде тех, что носили танцовщицы в Вестеросе. Моя девушка по привычке попыталась остановить меня, невинно-трогательно водя пальчиками по краям рубашки под черно-зелеными доспехами. Ах ты, моя кокетливая малышка, давай, я помогу! С этой мыслью, одной её силой, оставляю на себе только брюки и расстегнутую ткань, сильнее играя руками с её складочками, нетерпеливо чуть задирая их и на руках унося Рейнерис в постель.
Вскочила было опять, но я не дал, "наказывая" глубокими поцелуями в шею и выделяя неопасный магический огонь, медленно обводя им её фигуру от плечей к низу животика, чтобы спалить наряд; она забилась в моих руках, оставшись в одном отделанном металлом и драгоценностями лифе и юбочке, сжавшись в комочек, но невольно чаще дыша и краснея щечками.
Создания всех миров, ты прекрасней всех!
- Любимая... Молю, не стесняйся меня, я всегда мечтал об этом, с тобой одной! - шепчу и укладываю снова, наколдовал себе удобную лишь набедренную повязку, снижая жар рук на более нежный и передавая его губам, жадно рисуя что-то ими на её талии с закрытыми глазами и... Как в полузабытьи слышу слабый стон. О да, не останавливайся! Перереворачиваю её на спину и наколдовываю тряпочку завязать ей глаза (Локи, минимум фокусов, пора играть по-горячему!) Разметав носом её волосы я притянул её к себе, заведя руки за спину и удерживая одной, другой дразняще поглаживаю ей то зону декольте, то бедра в юбочке, лобызая, где доставал, прекрасную спинку.
Она не выдержала и, вскрикнув, упала в подушки, рефлекторно бочком подползая укрыться одеялом. Ну нет, милая! - возбужденно-шаловливо рывком переворачиваю её и сняв повязку (я хочу, чтоб она видела, как я... безумно хочу её), не дав опомниться, раздвигаю ноги, чтобы лечь на неё на уровне бюстгальтера, играя губами и языком с его застежкой. Рейнерис постепенно, наконец, тоже смелела и потому обняла коленями, потянувшись подарить ответные ласки моим распустившимся кудрям и мокрым от желания плечам. Сейчас, милая, не торопи, я хочу познакомиться с твоей прелестной грудкой! Расстегиваю ракушку, удерживающую её, помогая расслабиться её обворожительной владелице лёгким тёплым волшебным вихрем, обвевающим ей ножки и прямо между ними...
- Локи... - с трудом проговорила она, хватаясь за меня руками, едва не теряя сознание.
- Тссс - приказал магическому ветерку блуждать по её телу, по губам, по шее, по плечам, обводить хорошенько каждый небольшой обнажённый полукруг с "поцелуем" точно живой дрожавшей жемчужинки посередине, спускаться по линии к лунке в центре животика и, шлепнув чуть по нему, скользнуть жаркой змейкой во внутрь, между задранной юбки, а сам, с мягкой силой удерживая двумя руками - ее, не помня себя, впился в её чувственную кожу на сплетении шеи и щечек, на пересечении шейки и ключиц, едва не рыча от стонов.
Она перевернулась на бок и... Увидела зеркало, а в нем нас - теперь совсем без одежды, доверяющих друг другу самое сокровенное и... Кажется, опять смутилась.
- Ты не опустишь глаза! - приказал я ей распаленно, чуть запрокинув голову и отводя, пытающуюся слабо сопротивляться, руку, прекратив одну магию и... запустив другую, себя ещё одного, сзади меня (все его ощущения, конечно, передавались мне). - Что ты творишь?! - только и успела охнуть моя сладкая, как... Стала везде мокрой - моя версия скользнула языком по её спинке до бёдер, а потом раз - и она спереди, посасывает её самые интимные места шеи, животика и груди, поглаживая её, чуть сжимая и особенно расшалившись с их серединами (видимо превратив их для взбудораженной фантазии в самые вкусные ягодки). Я в это время то медленно, то быстро (сам поражаюсь, как и отчего), сзади щекотал её пальчиками там, где раньше прятался столп огонька...
Впрочем он, казалось, и не покидал, ни её, ни меня, я сделал своего клона невидимым и мы поменялись с ним местами по расположению и касанию к Рейнерис. От этого она разметалась в ткани и потянулась позволить мне овладеть ею полностью. Не упрашивая себя долго, я быстрым движением перебрался в позу нашего самого тесного контакта.
" А ну - брысь! Она - только моя, навек!" - шикнул я мысленно на свой вариант - и тот сгинул, крепко обнимаю свою невесту, начав двигаться, по возможности плавно, но быстро. Она не могла поверить, что я так могу и только смотрела на меня, не успевая изумиться. О, ты не представляешь даже, что... ещё, и не то, я с тобой жажду!..
Невольно чуть отведя взгляд от её роскошных черт и форм, я кинул взор в окно - ох ты ж, уже солнце встало! Как жаль, что ночь так мала сейчас. Но это не имеет значения, ведь в этот час уединения, ты, Рейнерис, со мной, в моих руках, ты дорожишь от моих губ и постанываешь от моих ласк, о... Я... я, взорвавшись эмоциями и ощущениями нашей близости, все набиравшей градус, окончательно... Бережно прижал её к себе, укрыв и... Опьяненно-невольно засыпая, казалось, даже во сне продолжая целовать... словно собственную... чудную мидгардскую душу теле девушки, засыпающую на моей груди. Я так люблю тебя... Спи сладко, милая, я - с тобой

[GazeRo888]

!+18!

Клоунское яичко

Брайана не было дома уже несколько... лет, Валери перестала надеяться на обнаружение сына, что пошёл за мороженным и не вернулся.
С тех пор она ненавидела это лакомство, но ещё сильнее - того, кто периодически раздавал его - клоунов. К фургончику такого её трёхлетний малыш и подбежал, когда она отвлеклась на поиски его игрушки в коляске. Как... Туманом унесло!Полиция разводила руками, частные сыщики стоили, как все состояние... плюс пожертвования лечебницы при монастыре, куда её поместили (сторож кладбища заметил, как одна и та же бледная девушка с чёрными короткими кудрями в темном плаще и в красных перчатках часто по ночам катает пустую коляску среди могил).
Наступал Хэллоуин, и Валери приподнялась на кровати... под гром, готовясь сбежать на прогулку опять ближе к ночи, умудрившись смастерить словно микроскопическую люльку, что можно катать на манер детской машинки. Туда она положила злосчастное крошечное яичко, то единственное, что осталось на месте фургона, похитившего её ребёнка, разрисовав её мордочкой клоуна.
Послушай кто это из настоятельниц или прохожих - убедились б лишний раз, что она тронулась умом от потери, но она-то видела, снова постучавшуюся в окно, когтистую белую руку, что сопровождали молнии и режуще пахнущие могильным конфеты и конфетти (прошел год с тех событий, как это жуткое существо стало часто по ночам являться ей, его кличут Дель АртЕ - повелитель клоунов и марионеток, по легендам, пожирающий их души, чтобы заманивать в их обличье детей).
Она и не заметила, как в темноте прокрался, кажется, Стив, молодой послушник лечебницы, помогающий караулить пациентов по ночам, иногда недобро посматривающий на неё за швырянием миски супа или таблетки. Казалось, его раздражала... даже её красная шёлковая пижама, которую выдали. И теперь он грубо схватил ее за неё и бросил на койку.
- Валери, живо спать, или я позову сестёр, и они тебя опять прибьют плетью и отмудохают холодным душем.
В его голосе было издевательское, ранее не водившееся за ним, участие, но... Девушка твёрдо прижала мини-коляску к глубинам кармашка штанов, бочком ища, как б мимо него проскользнуть к двери.
- Можно на улицу, погулять с малышом? - она притворилась ещё более сумасшедшей и показала на вязаного мишку на прикроватной тумбочке, что так любил Брайан и которого она вернёт, как только принесёт силе, укравшей его, "клоунское" яичко, ей наяву кошмарными одинокими сумерками шептали это условие огромные скребущиеся шипастые полупризрачные белые крылья монстра ярких фантасмагорий.
- Ты... - Стив сдавленно запнулся горьким смешком. - Время позднее, моя малышка. Иди в кроватку по-хорошему. - он многозначительно постучал по припасенному шприцу (у этого, что был сам, явно и весьма, душевно болен, юноши были самые садитские уколы во всей больничке).
- Но сегодня Хэллоуин, я должна прийти к Дель Арте! Отдать яичко, и тогда...
- Что? Он даст тебе мороженного, покажет фокус с клоунским носом и кроликом? - медбрат он был не самый учтивый, но сегодня был особенно раздражителен (да и... Стив ли это?).
- Может, даст новую игрушку для твоей люльки? - он вырвал у неё колясочку и поставил на тумбочку, резко перехватив руки и заломив их, забравшись на неё и прижав коленями.
Валери силилась подняться и отвести его лапанья, не слушая его шёпот про "брось эти байки про монстра клоунов, девочка", "сейчас я тебе покажу,.. что ты уже взрослая", резко стягивающего вниз с неё красную рубашку пижамы.
Под ней был небольшой бюстгальтер (Брайан почти так и не взял молоко, которого было не так много), да и родился он, когда Валери едва стукнуло восемнадцать), лицо было без косметики, отчего она казалась почти ещё совсем ребенком. Но больше его приставаний (он настойчиво полез целовать ей бедра, приопустив штаны, не оставляя шанса сбежать), она ужасалась переменам с яичком - рожицу клоуна заливало кроваво-черными... порезами и с треском чего-то незримого, гулом лилась в её уши музыка с барабанчиками, как из табакерки, с жутким многоголосым тоненьким смехом.
Девушка хотела крикнуть что было мочи, но Стив цепко прижал её губы к своим, и получился сдавленный стон, что очень понравился ему, он рывком дёрнул на себя лиф с одной стороны и линию трусиков с другой, жадно пройдясь рукой от шеи до одной почти полностью обнажившейся груди. Коленом он раздвинул ей ноги, открывая зазор между тканью больше.
- Заткнись сейчас же, ебнутая, или я тебя убью! - прохрипел он, проведя по губам языком и шаловливо пощекотав пальцем, обхватив, чувствительные серединки приоткрытых прелестей. Он не шутил, держа иглу у самой её кожи там, где начинается середина встречи ключиц (в шприце сама собой, набиралась такая же черно-кровавая вязь).
Валери побелела. Её расширенные зрачки, как под гипнозом, отчаянно-обессиленно смотрели, как... Под треск рассыпающихся фантомных черных осколков, дождём укрывавшим её кушетку, внезапно субстанция с размаху вкалывается в яичко с рожицей в колясочке; кем-то, но точно не тем кудрявым полудурком, часто преследовавшим её в лечебнице со скользкими зажиманиями, или то был он, сейчас с упоением, с горячим частым дыханием сверху вниз игравший с её животиком, блуждая руками по всему её телу, возможно, несомненно, да...
Сквозь черты Стива все больше и больше прорезывался черно-алой призрачной паутиной клоунский грим.
- Дель Арте! - сдавленно только и нашлась девушка. Несмотря на подтвердившиеся страшные подозрения, она была рада им. Ведь в голове у неё был испуг, не за мыслишки повелителя кукол и пестрых трюкачей относительно неё, какие б они ни были, а за сына. Она пронзительно точно увидела его круглое, порой капризное, порой грустное, но любимое личико. Он жив? Что угодно, пусть её ребёнок будет жив.
- Забери меня вместо Брайна, - чистосердечно сказала Валери, осторожно даже отвечая на поцелуй демона. - Я сделаю что угодно, только отпусти моего сына.
- Отпусти на волю трех моих самых верных слуг в эту ночь - и я приведу тебя к малышу.
Разговаривая с ней (и голос был иным теперь), создание приняло полностью свой вид и было похоже на красивого кудрявого юношу в черно-серебрянном костюме весёлого арлекина, в шутовском бело-темно-синем колпаке-короне с двумя, опущенными вниз, "рожками" (сиял настоящей луной посередине и звездами по контурами, с узорами глаз и улыбок, перевернутых и отраженных на всякий лад) с приятной росписью как если б полумаской, лица, на манер печальной куколки Пьеро, со "слезинками", перышками и лепестками, из, похожего по звучанию на его наименование, старинного театра "масок".
- Положи свое яичко на могилу каждому из них.
- Чтобы они делали несчастными других матерей?! - возмущенно дёрнула его за руку Валери (он не забывал ласкать её черты и формы).
- Чтобы, взяв от них игрушки, похороненные с ними, я и ты... Смогли б до конца заняться любовью и этим зародить нашего собственного малыша, и мне не было необходимости без конца порой похищать других. - он вернул руку и сжал ей щеки, проникновенно целуя с языком, а потом заводил ласковые узоры вокруг серединки груди... Действительно когтистыми пальцами (крылья у него были крошечные, прямо из основания кистей, как и из основания шеи, образуя мистические пышные кружева).
- Ты что несёшь?! - смело с отвращением рванулась было его собеседница, но он не дал подняться, игриво... Одевая её и открывая потусторонним проём в стене прямо на кладбище.
Где-то в монастыре били полночь.
- Придётся, моя девочка, если хочешь забрать у меня свою самую любимую живую игрушку!
И, рассыпавшись осколками не то стекла, не то фарфора, не подсказав более ничего, казалось, инфернальное творение пропало.
Яичко поглядывало проклятой клоунской рожицей. Оно посвечивало фосфорически и...
Повертев его в руках, с наслаждением застегивая пижаму, Валери обнаружила, что оно точно оставляет светящиеся следы от клоунских башмаков. Она пошла по ним, мимо памятников и безмолвия, вокруг сплетались незримые тени как скрюченных веток из сказок, паутиной спускались липкие облака, норовившие огонёк яичка потушить.
Но вот три надгробия. Без фото. Без подписей. И только... Слабенький порыв ветра упрямо складывал чёрные листики в фигурки именно возле них. У одной плиты -в  конфетку. У другого - в зайку. У третьего - в шарик. Валери подумала, наверное, это и нужно отдать чудовищу, скорей бы, да как из могил клоунов достать, что б они... Стоп, она думала слишком наперёд. Сначала надо разбить на троих яичко. Теоретически...
Приободрившись этой мыслью, девушка торопливо начала водить краешком колеса колясочки по скорлупе. Как только она провела сбоку, "оторвав" рожице клоуна глазик, в первую плиту прыгнула шаровая молния и поднялась... С холодной туманной фигурой мужчины с потешным париком с проплешинами, аккуратным накладным носом, в поношенном пальто и... С глазом, что будто вытащили. Не говоря ни слова, он посмотрел на её, чуть проглядывающую, из большой по размеру, рубашки, ключицу и... Вытащил из шаровой молнии белого плюшевого кролика, протянув ей. Оторопевшая от происходящего, она открыла рот, чтобы поблагодарить, но... Мужчины и след простыл, он только показался на прощание ей уже из-за ближайшего памятника, расстворяясь в ночи.
Сделав попытку призвать клоуна другого, Валери чиркнула по яичку теперь, как бы рисуя по "улыбке" ещё одну. И вот, среди, как из под-земли, поднявшихся клубов ледяных кристаллов, показался другой служитель смеха и трюков - в разноцветном курчавом парике, в старинном наряде в клеточку (чем-то походил по облику на Дель Арте), с проломанным от мороза носом и... Разорванным, в кошмарной улыбке, ртом. Служитель загробного шапито также внимательно посмотрел на приоткрытый уголок рубашки своей гостьи и молча дал воздушный шарик, вынув его из разбитого кристалла. Как и предшественник, после - он поспешил скрыться.
Третий клоун... Явился тотчас же, из, объявившегося с ночной мглы, фургончика мороженного... Рассмеявшись, дал конфетку и... Расстаял, хлопнув напоследок в ладоши. Валери не могла поверить глазам - перед ней был Брайан. Он был чуть более взрослым. Но оно и понятно. Мать кинулась обнимать сына, протягивая ему и кролика, и шарик, и конфету. Тот... Потянулся в ответ, но как-то не по-детски желая её поцеловать... Она, ахнув, успела заметить у него на щеке блестинку в форме месяца, что проявилась и на её ключице. Такую же, в последний раз, она видела у...
Того, кто... Приближался к ней, в её угасающем вконец рассудке, из темноты (сама собой укатывалась коляска с мишкой, его окружили... три целых клоунских яичка с проявившимися рожицами). Он медленно придвигался все ближе... нагоняя мрак, шёпот незримых детских потерянных смешков и шелест дождя из черных звезд...

[GazeRo888]

#посвящение
Кудрявый нянь

Искорка за искоркой, расцветали... изумрудными, переливающимися и перепрыгивающими по рождественским носочкам, волшебными зверьками, пушистые лапки с иголочками и с крошечными звездочками - распускалась магическая елка, что радовала малышей, в одинаковых ползунках и о чуть разных курчавых рыжеватых чубчиках, с радостным изумлением переставших отнимать друг у друга с ором "магловские" игрушки (у Рона с Гермионой были близнецы, наследственность - вещь, жёстче всякой магии).
Сама же молодая мамочка со вздохом, наслаждаясь, быстрой ж вероятно вновь, тишиной, одной рукой тряпкой вытирала, пролитое с бутылочек, молоко, другой - уже тянулась за протвенем к духовке, чтобы вынуть ароматное печенье к столу, одним глазом она смотрела, чтобы её кот не тянул за ленточки от подарков, другим - поглядывала на шкаф, прикидывая, какой наряд надеть к празднику.
Когда-то амбициозная, но добрая сердцем, отличница академии чародейств коротала каникулы за учебниками, получая удовольствие от постижения магии и щелкая как семечки самые сложные заклятья, но сейчас девушка, казалось, забыла напрочь и первые азы банальной абрыкадабры, прибегая к чарам лишь в крайнем случае, как сейчас.
А так... используя метлу, способную стремительно летать за шаловливым крылатым золотым мячиком, для очистки двора от листьев, а волшебную палочку, когда-то помогавшую противостоять разным нехорошим чудесами, как разрыхлитель для тепличной рассады. Она была, сразу же после выпуска курсов сказочных секретных умений, подхвачена на руки рыжим юношей - самым близким другом Гарри Поттера, сменив, под подвенечное платье, аристократично звучавшую фамилию Грейнджер на просто Уинзли, в первую же брачную ночь забеременела и закрутило её вихрем "человеческих" дней и ночей, на один манер - дети, быт, отношения.
И словно не успевая и задумываться, что уже давно не вспоминала ни "мальчика, что выжил", ни бородатого гостеприимного Хагрида с Запретного Леса, ни смазливого преподавателя Локоноса, в которого была, по-детски, но впервые, влюблена, ни ужас от наведываний Того, Кого Нельзя Называть, ни... Просто даже тыквы со свечами на праздничном ужине под Хэллоуин в главном зале школы волшебства, когда они были маленькими, в конце концов.
Рон допоздна был на службе, так что детей приходилось снова кормить, занимать, а потом укладывать спать самой. Закончив все дела, Гермиона обессиленно откинулась на подушки. "Кто б меня забрал в прошлый век, где были слуги, свобода магии, и никаких бед".
Едва она это подумала, как... Её уха коснулся писк, цвирканье и свист, волшебными трелями маленьких топотавших эхо, на на стенах заплясали весёлые и юркие крошечные тени, то радужные, то золотые, то... Огненные и ледяные, то цветочные, то... И вовсе почти невоображаемые... На полу сами собой замелькали следы невиданных зверей и... Со всей дури, из открывшегося портала из лунного луча в окне... Грохнул старенький саквояж, что носили, наверное, лет 80 минимум :) назад. Миссис Уинзли возмущенно вскочила, кинувшись проверять, спят ли сыновья в двухместной люльке, как...
- Кудрявого няня на дом с живностью вызывали? - раздался во мгле приятный, если не сказать, робко-ласковый с лёгкой ноткой задоринки, молодой мужской голос.
Гермиона обернулась на него и... Тоже слегка смутилась - на неё... Старательно краснел щечками сквозь тоже веснушки, также чуть рыжий курчавый юноша в сюртуке и шейном платке срока моды "столько не живут" Он заканчивал вылезать... Из чемодана, едва ли не купаясь... В фантастических тварях на любой вкус, дирижируя волшебной палочкой, чтобы уследить за всем иномирным зверинцем. Где-то она его видела...
- Ньют, и можно без формальностей - чуть... поклонился на старинный манер дивный гость и, не дождавшись, пока хозяйка опомнится, надо полагать, на инстинкте профессионала своего дела, метнулся с сосками и молочком к расположению детей, в сопровождении роя своих питомцев.
- Ты... - наконец, нашлось у девушки, всегда выдававшей в одной тираде раньше полтома)))
- Не переживай, все животные накормлены, вымыты и легальны, прививки у всех и почти все ручные. - молодой человек ловко менял спящим Донни и Тонни пелёнки и укрывал одеялком, подманив к каждому в кроватку по одному из... с удовольствием прикорнувших рядом, существ, напоминавших крошечных лисичек с огромными ушками, только с тельце - на манер лягушки; одного - жемчужного, другого - бриллиантового.
- Шебби-лакши - пояснил он, погладив засопевших зверяток и осторожно проведя по макушке спящих младенцев. - Рождены недавно, но растут быстро. Размером будут с... Максимум мелкого кролика, не волнуйся, кушают немного, все что дашь, из бусинок, колечек, сережек, чтобы воспроизвести секрецию жемчуга или алмазов (этим самец и самка и отличаются). Подарок фирмы)
- А... - бывшая звезда наук Хогвардса почувствовала себя недалекой простой смертной (она вспомнила, что... Ну не могла ж она физически все помнить, увы, столько лет, после школьной мантии, и, наверное, магическая биология была одним из тех, стыдливо призабытых, предметов).
Словно... Прочитав её мысли, понимающе чуть улыбнувшись (или ещё от чего) Ньют участливо показал примером, что шебби-лакши вполне кушают и обычное молоко, наколдовав отдельные бутылочки для кормления животных.
Откуда ж Гермиона находит его необычные черты и суетливые натруженные руки... Такими родными? За годы жизни в отдельном крыле пристройки, неподалёку от этажей свекров и орды ;) братьев с сестрой по линии супруга, она чувствовала себя как дома... Может, это такой доброжелательный, тоже привыкший к ней, призрак дома, потому, наконец, проявивший себя? Или ей все это лишь снится, но магия - это необъяснимая природа материй и, порой она сама решает, как и в чем проявиться...
Пока она тщетно билась в прескверной философии догадок, ещё одни, словно отражения Рона и её, проснулись и занялись продолжительными потягушечками. Их крошечные новоиспеченные компаньоны принялись повторять за ними.
- Поздравляю, твои малыши им приглянулись! Значит, будут служить верно им и их прапраправнукам (ну, это минимальный срок их жизни) - отметил "нянь", аккуратно вынимая малышей и держа каждой рукой - по каждому ;) показывая разных дивных созданий, летавших, ползавших, топотавших, казалось, в каждом углу комнаты. При этом он совмещал уход за, вверенным ему, живым с приглядыванием за неживым тоже - говоря разжечь больше огонь в камине у елки и... Больше кинуть льда в мороженное на столике, командами на языке, понятном ему одному и... Двум точно махоньким крылатым каракалам с хвостиками, источающими все вышеуказанное ("айсифари, братья, там способности по изверганию или огня, или льда, могут быть одинаковые у обоих полов" - прокомметировалось это пришельцем).
Тем временем, по наводке Ньюта, косяк чего-то, из смеси аквариумных прекраснейших рыбок и обворожительной красоты бабочек, всех переливов и сочетаний радуги, скушал подмерзшие цветы и растения, оставляя в каждом чешуйку, отчего те распускались вновь, ещё краше ("флорИн, всеядны, но любят так играть с растениями" - прозвучало резюме).
Золотые и серебряные полумартышки-полуящерки непоседливо раскачивались по гирляндам и лентам, отчего, те приобретали подобный цвет и блеск ("А вот с джУманджи советую быть осмотрительным, они очень строптивы и все вечно норовят окрасить пылью царя Мидаса" - со смешком участливо представил юный голос, умудрявшийся в это время и агукать малышам зверюшек, и журить мягко за шалости выросших из них).
Гермиона же... Как под наваждением, все искала в лабиринта подсознания, ответ на мучивший её вопрос, не заметив, как... Словно тогда, начинает ловить каждое слово и взгляд симпатичного высокого худощавого любителя необычного живого зоомузея, рассказывающего в это время её детям сказку про доброго вампира-священника Мецени, что помог защитить город от Салемского Крысовода (тот заполнял все полчищами ненасытных злых крыс, да и сам был оборотнем-Крысиным Королём, под полночь убивавшим кошек хвостами и когтями). Но Мецени пришёл на помощь, рассыпавшись летучими мышами, прогнав грызунов, а словом Церкви прокляв плохие чары Крысовода, проронив за это свою кровь и подмешав тому в вино.
Она сама заслушалась этой древней сказкой, находя... И мораль, и воспитание храбрости и долга, и просто увлекающую атмосферу, как раз для мальчиков (чудный (или и... немного чудной тоже) кудрявый её помощник по присмотру за детьми так... Угадал характеры Тонни и Донни! С первых :) пеленок они не боялись ни грозы, ни темноты, а на Хэллоуин радовались и играли с маленькими привидюшками и скелетиками, что немного наколдовывала им мама!
"Ох, ещё чуть-чуть, и прям влюбишься в него, Гермиона! Куда ты смотришь?! Замужем ж!" - безуспешно одергивала совесть девушку, впрочем, испытывающую к нему трепет больше... Ну... как к кому-то непреодолимо близкому, не только по душе, но и по крови.
Ньют, видно, непостижимым даже волшебству, образом, прочувствовал её ощущения и вздрогнул. Он... аккуратно положив играть малышей с Шебби и Лакши (не мудрствуя лукаво, были даны такие клички, а сами зверюшки не возражали ). Остальная живая его свита, закончив подмогу по дому, была призвана им в недра волшебного саквояжа (всех их... и не упомнишь по биологическо-магическим именам да свойствам - и паучки с мордочкой белочки, что плели нитки для шитья и вязания, и птички с головами лошадок, несущих яйца-сюрприз или с вкусняшкой, или с красивой вещицей, и кого ещё там только не было!..) Часы показывали полночь, скоро придёт Рон.
- Ты всегда можешь меня призвать посидеть с детьми или помочь.... Да и просто в гости, снова, внученька, не стесняйся! - шепнул Ньют внезапно.
"Внучка!?" Она не ослышалась? И, пока Гермиона приходила в себя, судорожно напоминая себе, что надо б поблагодарить нашедшегося ещё одного родственника, юноша...
Смущённо, в своей причудливо-очаровательной манере, сделал жест "не стоит" и, растегнув, видавшее виды, портмоне, передал оттуда ей кулон... Он учтиво только протянул его ей, галантно не смея надеть на шею, но... Расхабрившись, чуть поцеловал ей руку и нежно слегка приобнял на прощание, забравшись в чемоданчик и.... помахав внучатам помладше, пропав с лучом луны.
Открыв украшение, Гермиона... Обомлела - да это ж её предок и вправду! Бабушка рассказывала о девушке Пенелопе, в их роду, что жила в эпоху, когда люди зачитывались Джейн Остин. Она очень любила магические растения и цветы, в неё, сначала тайно, но очень пылко, был влюблен молодой... Некто по фамилии Саламандер, что тоже видел смысл жизни в сохранении и приумножении дышащих дивностей параллельных миров, но только в обличии всяких творений. Пенелопа и... Ньют, в рамочках с подписями своих имён, смотрели на неё из далёкого прошлого, но словно ощущались рядом. Красавица с задумчивыми веснушками и глазами в бальном роскошном платье с, наверняка, тоже каплю рыжими, вьющимися тоже от природы, ллоконами, бережно укрывающая руками волшебную снежную розу, на одном портрете и... Худой, во всех смыслах камзол молодого человека с одухотворенным взглядом и прижимавшего к своему сердцу... представителя рода шебби (мальчика) уже тогда - на другом! 
Позабыв, что сейчас надо опять окунуться в круговорот "быт, дети, отношения", она была сейчас с ними, в огромных замках, глядя на цокот проезжающих кэбов, задевая снежинки кружевным зонтиком. А потом они все вместе рядышком на кованной скамейке под вечерним готического стиля фонарём, читали маленькие томики, про тех, кого они находили, изучали, любили...
Гермиона ещё раз посмотрела на Ньюта, стеснительно чуть все ещё осязая касание его губ к своей руке и бережно спрятала у груди его изображение, открывая мужу и проводя по щечкам... Махоньким зверькам, потешно-умилительно, чихнувшим (один - жемчужинкой, второй - алмазиком), с двух сторон обняв ту же её кисть, что до сих пор помнила прикосновение его объятия.

[Vlad pavlovich]

Очень мило.

Поправки

Фамилия Рона — Уизли, Грейнджер — фамилия не аристократическая, а простонародная, а того смазливого преподавателя звали Локонс.

[GazeRo888]

Благодарю за отметки (ну, это элементы, скорее, юмористического стиля)
Спасибо за поддержку
+
Новинка
#посвящение
(по миру Fallout)
Свидание на закате

Шипучие пузырьки, казалось, не собирались заканчивать перешепот с эхо шелеста по кругу одной пластинки клуба, которую никто не сменит. В них отражались... Ползающие ножки, пока ещё маленьких, светящихся рад-скорпионов и рад-богомолов.
Никто их не сгонял, может потому, что они причудливо умудрялись сливаться, играя роль голлограмм, :) с обоями, изображающими панель допотопного компьютера с зелёными буковками на темном экране.
А может потому, что последним барменам и официантам тут они были безразличны механически, и это не идиома (круглые летающие железные осьминожки сейчас... Были безнадёжно расстреляны).
Лишь безмятежные пупсы-волт-боя лампочки на столиках зазывающе-ободряюще потягивали ядер-колу с обеих рук и с горла, как и постоялец, что, по привычке пил на закате, из порядочности, оставив в уплату где-то найденные крошечные помидорки (крышечки банальны).

"Эй, посмотри-ка, ковбой,
Чем мигает твой пип-бой!
Да это ж" Кола-Бар", где тобой
Будет открыто веселье и покой!.."

Уж в 888 раз бодро завёл привычную пропагандную песенку весёлых ноток и... чем-то неуловимо лиричных строк, незримый динамик, которому словно в такт пощелкивали насекомые. 
Любитель "Кола-Бара", пил и пил, словно хотел забыться и что-то вспомнить, одновременно и остро, выпивая бутылку за бутылкой, почти не разбирая вкуса и цвета (да и в сине-бардовой, все более прозрачной и скорой холодной темноте они были на один тон)...
Гулю с моложавым лицом, украшенным причудливыми язвочками-"бровками", шрамиками, обводившими красивый лепесткообразный разрез глаз кровавой "подводкой" с махонькой стрелочкой (безупречно оттертая поверхность столика отражала внешность... Бывшего жителя Убежища 88 по имени Элайджа).
Он чуть расстегнул свой, темно-синий с белыми полосками, комбинезон, чтобы дать обдуть ночному ветру россыпь выжженных кругляшков тканей на красивой шее, плечах и груди. Возможно потому, что пустошь так и не оправилась от этого испепеляющего климата пост-ядерного удара, где даже пепельный снег, с минуты на минуту ожидающийся, был горячим! А может потому, что..
В углу заведения, напротив глаз Элайджы, был выцвевший постер с надписью: "Бетти-8, в Розыске". На нем была девушка-синт, тоже имеющая необычные "косметические" ранки по контуру глаз со стрелочкой, только черно-розового яркого цвета, на которую он засмотрелся с первого визита в "Кола-Бар". Он отпил, чуть смущённо приопустив бледно-бардовые глаза и...
Налил своего самого любимого клубнично-апельсинового коктейля, угощая мысленно им симпатичного робота женского обличия (плечи её были с шеей открыты, но виднелся край поношенного плаща, тоже бледно-бардового цвета).
Гуль не помнил, сколько раз он заходил сюда и видел её изображение, после проверки в бункере, Смотрителем которого когда-то являлся, колбочек, выхаживающих огромных малышей-мутантов Когтей Смерти (они были рождены в неволе и слабые, потому не могли выжить в дикой природе, да и жили печально-мало) безуспешным пропалыванием неудачного сорта тошки (что, напротив, росла сорняком, сколько не живут даже гули, но каждый плод её был все пресквернее на размер и вкус). Соседями ему уж 300 лет в прямом смысле как, не меньше, служили лишь радиоактивные, вымахавшие до жирной высокой пони, термиты, основная масса - солдаты, слепые и тупые донельзя, потому прекрасно подходившие как на прокорм Когтям, так и в качестве тяпок плантаций проклятого помидороподобного растения :).
Закончив уход за всем этим хозяйством, Элайджа включал компьютер и проглатывал маленькие игры-текстовые квесты, описывающие то коварные интриги внутри Легиона Цезаря, то бравые походы Братства Стали, то хулиганства мутантов по гонянию двухоловых коров или ужасы болотных каннибалов, что все, как один - родичи друг другу.
Убив за играми ещё некоторое время, что, в мире непрекращающегося теперь странного серого снега, не имело никакого смысла, он выключал компьютер и неспешно шёл прогуляться по району, облюбовав пару мест на карте пип-боя: заброшенное казино, детский парк развлечений и "Кола-Бар".
Элайджа больше историй-интерактивов, кажется, любил только их - маленькие клипы крошечного кинотеатра центра досуга для крох, в "познавательном" уголке, где аниматроник-"гладкокожик" (то есть обычный человек) в мантии профессора :) комментировал немые ролики с...
Невиданными зверями, что он никогда, за все время своего существования, не встречал, а ведь он родился буквально недавно после Великого Бума (сердобольные жители подземного мини-городка 88 сжалились над гулем-малышом и воспитали, как родного, немного поколдовав с его организмом, потому он и не помнил, когда перестал стареть и хотеть потреблять еду, ему хватало ядер-колы и мелких шариков тошки).
Перед его взором мелькали зверюшки, что помогали, радовали, питали человечество долгие древние времена и... Такие разные, такие милые, даже если были хищными, чёрные бусинки глаз их... Никогда не встретятся ему, эта мысль... Настраивала его на элегический лад и, чтобы не терзать сердце напрасным лишним отчаянием слишком долго, он постепенно вытирал слезы и шёл в казино...
Погоняв шары в бильярд и потассовав карты с фишечками, гуль прохаживался среди заброшенных автоматов, иногда умудрявшихся потрескивать подсветкой. И рисовал в своём воображении, как они когда-то дарили азарт, кураж и иногда даже доход сотням бедным и богатым... И почему все народы так и не научились ценить хоть что-то, даже потеряв почти все, что можно?
Философствования, как и день ;) Элайджа заканчивал... В баре с пьющими) пупсами и неотличимыми от стен богомолами))) Давным-давно он, угощаясь вкусной шипучкой, слушал сплетни других разных посетителей этого места про рейдеров, про Детей Атома, про Институт, а как стихли все живые и электронные голоса, кроме пластинки-рекламки...
Он приходил только к ней, "Бетти-8", неизменно стыдливо-изящно утопающей в бликах и тенях стены, что словно была дверью в её мир. Её пышную едва-рыжую челочку оттеняли металлические объемные "ушки"-полусферы по бокам от лица, чёрные штришки также образовывали линию бровок, а на носике - словно пирсинг, одной рукой она придерживала края плаща и её кисть была с не то татуировкой, не то эмблемой производителя. Элайджа давно все это приметил, но... Сам не успел понять, как и отчего, в один миг, стал все это находить самым красивым и приободряющим за всю свою жизнь.
Вот и сейчас он, раз-в-раз поглядывая на картинку с прелестницей-синтом, кокетливо поправил чуть вьющийся гладко уложенный парик темно-бардовых волос, чтобы пряди не закрывали приятной формы скулы и чуть припухлые губы, он в мыслях собирался расхрабриться и, наконец, поцеловать красавицу, позволить ей погладить его по лицу. Она ему представлялась не имеющей нижней части, чудом выползшей после налёта орды "диких" детишек на лабораторию, самоотверженно защищавшей антирад-медикоменты.
Он совсем её не знал, но этот придуманный факт принимал за правду, такие красивые розовые сияющие кругляшки черных бусинок глаз не могли быть злыми! Портрет юной механической женщины был для него воплощением самого волшебного, чуткого, интересного собеседника, без слов он мог рассказать ей все и не быть осужденным или не так понятым, Элайджа "наливал" ей то, что, возможно, нравится им обоим, и рассуждал, что детишкам не хватало воспитания.
"Бетти-8", кажется, и сейчас опять смутилась, окончательно севшее солнце в последний раз окрасило ей белоснежные щёчки, исполосованные тонкой милой черной паутинкой трещин. Гуль нежно провел по ним ладонью, ласково жалея, что они оба не "гладкокожики", но невольно отмечая, что её лицо... ещё восхитительнее для него на касание, чем у человека. Он, как загипнотизированный, ошеломленно-упоенно водил взглядом по её губам, шее и плечам.
"Я не покину тебя больше! И никому не позволю обидеть!" - чуть склонив голову, Элайджа следил, как невидимые слезинки уголков скул Бетти спешили спрятаться от него. Пластинка "Кола-Бара" доносилась все тише, словно откуда-то из далека, он закрыл глаза, больше не в силах сопротивляться желанию обнять её...
Серый снег пришёл тихо, и так же тихо ушёл, вором просыпавшись в прохудевший потолок бара (чинить было некому), выпав мощным осадком и ставя.... окончательное многоточие этой странной истории.
На лице Элайджы чуть блуждала улыбка, он сполз по стене к полу, усыпанному битыми бутылками и всяким черно-серым ссором, откинув чуть, в мечтательной дреме, голову, счастливо, бережно, но крепко прижимал к себе Бетти, в реальности на бумаге сорванную, скомканную и порванную, но это было неважно... Ведь они были вместе, навек даря друг другу объятия, понятные только им...